![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Первый раз наш класс отправили в "колхоз" (а может совхоз, кто знает...) после шестого. Приехали на электричке, натаскали себе кроватей типа "сетка панцирная", ушли на обед, а вернувшись обнаружили, что после нас приехали старшеклассники, и те соизволили занять нашу комнату. Понятия не имею как вышло, что после этого не нашлось куда двоих (самых некомпанейских) приткнуть, и вечером мы уехали в город в компании директрисы. Отрабатывал я не без удовольствия раскрашивая металл на школьном стадионе, все эти ворота, турники и т.п. Когда сам, а когда в компании еще одного одноклассника, который года через три станет чемпионом Европы по стрельбе из лука. В Харькове была сильная школа...
Следующий колхоз я откосил, кажется, со справкой от клуба Юных моряков, не помню уж как они аргументировали мою полезность, и лето провел в спортлагере.
После восьмого откосить не удалось - школа моя была "не по району", поэтому отфутболить могли запросто, а переводиться по месту жительства (на Салтовку) не было ни малейшего желания. Было не ужасно. По большей части собирали вишню, иногда сливу, не помню что еще. Залитые солнцем вишневые деревья мне потом снились, вишню (кроме как в бабушкиных пирогах) не ел после этого еще много лет. А так всё "как обычно" - ботаны развлекаются сами, к мальчикам посмелее после отбоя заходят девочки поразвязнее (к восьмиклассникам - семиклассницы), благо ботаны по ночам спят крепко. Местные любители покуражиться заходили только раз, "на дискотеку", но их быстро вытеснили, не помню уже кто.
После девятого работали на заводе. Поскольку и сам я тормоз, и родителям моим не пришло в голову подсуетиться, когда вместо уроков трудового воспитания нас загнали в УПК (учебно-производственный комбинат) и распределили по специальностям, я оказался в слесарях. Довольно скоро до меня дошло, что это был полезный опыт. Научил и расчетливо шевелиться, и знать меру прогулам. С другой стороны, народ посообразительнее в это время кто получал права на грузовые машины, а кто и вовсе программированием занимался, причем, похоже, под руководством энтузиастов, которым учить было интересно.
Заперли нас на Авиазавод, что было совершенно неочевидно, потому что в цеха ширпотреба, половину на санки, половину на детские коляски. В первый же день спросили желающих в грузчики, я недолго думая согласился, и ни разу не пожалел. Дни бывали разные, один раз только надо было всю смену таскать коробки с готовой продукцией (да они и не тяжелые, и всяко менее нудно, чем монотонные операции на сборке), а в остальные дни мы, как придет машина, быстро всякое раскидывали, а потом заваливались на стопки упаковочного картона и байки травили. Из неприятностей пришлось разок прокатиться кружок по территории завода лёжа в кузове поверх деталей от алюминиевых стремянок только из цеха, то есть не только ребристых, но и с заусенцами с острыми краями (которые нам на УПК периодически приходилось сдирать напильниками - работа простая, но нудная, и норму выполнить не так просто), а дороги на территории весьма ухабистые, но даже тогда было скорее смешно.
На первом курсе института уже третьего сентября мы как собрались группой в "нашем" автобусе у метро, так и в колхозе вместе тусили, тем более, что и вьюноши поселились в две соседние большие комнаты, и все четыре девушки нашли с кем-то из "наших" общий язык. Загнали нас собирать помидоры. В конце первого дня не раздумывая шаг вперед, в грузчики. В первый день рабочего времени вышло вдвое больше, зато потом та же лафа. Минут за 10-15 закидали машину - и выдыхай. Больше 7 машин за вечер ни разу не грузили, обычно 4-5, то есть чистого рабочего времени час-полтора. Утром не надо спешить на поле, надсмотрщики тоже все там, ни в обед не надо толпиться в очереди (мы первые, и задерживать нас нельзя - нам на работу), ни в ужин, на который мы не успевали, и там уже как повезёт - могло достаться и по две порции чего-то приличного, и что найдут по сусекам, пополам с извинениями, если кто-то не рассчитал.
Как и после завода, нам даже какие-то копейки заплатили, что-то типа червонца. За 3 или 4 недели...
На этом собственно колхозы закончились, потому что мы были единственной группой на потоке, которую готовили с прицелом работать потом в институте исследования ионосферы, и следующие две осени мы жили в гостинице в Змиеве, откуда нас каждое утро возили институтский полигон тем же автобусам, что и сотрудников.
Следующий колхоз я откосил, кажется, со справкой от клуба Юных моряков, не помню уж как они аргументировали мою полезность, и лето провел в спортлагере.
После восьмого откосить не удалось - школа моя была "не по району", поэтому отфутболить могли запросто, а переводиться по месту жительства (на Салтовку) не было ни малейшего желания. Было не ужасно. По большей части собирали вишню, иногда сливу, не помню что еще. Залитые солнцем вишневые деревья мне потом снились, вишню (кроме как в бабушкиных пирогах) не ел после этого еще много лет. А так всё "как обычно" - ботаны развлекаются сами, к мальчикам посмелее после отбоя заходят девочки поразвязнее (к восьмиклассникам - семиклассницы), благо ботаны по ночам спят крепко. Местные любители покуражиться заходили только раз, "на дискотеку", но их быстро вытеснили, не помню уже кто.
После девятого работали на заводе. Поскольку и сам я тормоз, и родителям моим не пришло в голову подсуетиться, когда вместо уроков трудового воспитания нас загнали в УПК (учебно-производственный комбинат) и распределили по специальностям, я оказался в слесарях. Довольно скоро до меня дошло, что это был полезный опыт. Научил и расчетливо шевелиться, и знать меру прогулам. С другой стороны, народ посообразительнее в это время кто получал права на грузовые машины, а кто и вовсе программированием занимался, причем, похоже, под руководством энтузиастов, которым учить было интересно.
Заперли нас на Авиазавод, что было совершенно неочевидно, потому что в цеха ширпотреба, половину на санки, половину на детские коляски. В первый же день спросили желающих в грузчики, я недолго думая согласился, и ни разу не пожалел. Дни бывали разные, один раз только надо было всю смену таскать коробки с готовой продукцией (да они и не тяжелые, и всяко менее нудно, чем монотонные операции на сборке), а в остальные дни мы, как придет машина, быстро всякое раскидывали, а потом заваливались на стопки упаковочного картона и байки травили. Из неприятностей пришлось разок прокатиться кружок по территории завода лёжа в кузове поверх деталей от алюминиевых стремянок только из цеха, то есть не только ребристых, но и с заусенцами с острыми краями (которые нам на УПК периодически приходилось сдирать напильниками - работа простая, но нудная, и норму выполнить не так просто), а дороги на территории весьма ухабистые, но даже тогда было скорее смешно.
На первом курсе института уже третьего сентября мы как собрались группой в "нашем" автобусе у метро, так и в колхозе вместе тусили, тем более, что и вьюноши поселились в две соседние большие комнаты, и все четыре девушки нашли с кем-то из "наших" общий язык. Загнали нас собирать помидоры. В конце первого дня не раздумывая шаг вперед, в грузчики. В первый день рабочего времени вышло вдвое больше, зато потом та же лафа. Минут за 10-15 закидали машину - и выдыхай. Больше 7 машин за вечер ни разу не грузили, обычно 4-5, то есть чистого рабочего времени час-полтора. Утром не надо спешить на поле, надсмотрщики тоже все там, ни в обед не надо толпиться в очереди (мы первые, и задерживать нас нельзя - нам на работу), ни в ужин, на который мы не успевали, и там уже как повезёт - могло достаться и по две порции чего-то приличного, и что найдут по сусекам, пополам с извинениями, если кто-то не рассчитал.
Как и после завода, нам даже какие-то копейки заплатили, что-то типа червонца. За 3 или 4 недели...
На этом собственно колхозы закончились, потому что мы были единственной группой на потоке, которую готовили с прицелом работать потом в институте исследования ионосферы, и следующие две осени мы жили в гостинице в Змиеве, откуда нас каждое утро возили институтский полигон тем же автобусам, что и сотрудников.
◾ Tags:
